Предисловие

  Сейчас в Петербурге уже середина октября, постепенно холодает, погода портится, а дни становятся все короче. Но пока это меня не пугает, ведь я безмерно счастлива, живя здесь, на последнем этаже пятиэтажки с моим любимым Сатьямом. Я пеку ему пироги, он работает дома, мы смотрим кино, иногда заходят гости. Кажется, я даже немного научилась управлять плохим   настроением и не впускать его в свою голову. Спокойное, размеренное счастье. В последние несколько лет с наступлением осени вместе с перелетными птицами меня всегда тянуло на юг, в теплые края, и уже вошло в привычку улетать или уезжать куда-нибудь автостопом, спасаясь бегством от угрюмой питерской зимы. А сейчас вот не хочется... Есть несколько тому причин: во-первых, я счастлива и здесь, и поэтому мне наконец-то никуда не нужно ехать. Во-вторых, от всех этих долгих путешествий накопилась некоторая усталость, связанная с тяготами и лишениями моих жестоких путешествий. Усталость эта появилась после возвращения из того самого, самого безумного и отчаянного путешествия в моей жизни, паломничества автостопом в Индию, начатого ровно два года назад, в конце октября 2011
и оконченного в августе 2012 года, продлившегося таким образом ровно девять месяцев.

Как я стала верить ясновидящим

  Оренбург встретил нас первым снегом, который вскоре растаял, но на следующий же день выпал вновь и уже не исчезал. Этот факт сильно опечалил меня, если не сказать больше. Я была в полном отчаянии из-за состояния своего здоровья и холодной погоды. Сочетание этих двух факторов вместе представляло практически непреодолимое препятствие для продолжения моего пути. Я понимала, что самым благоразумным было бы сейчас повернуть назад, пока еще не поздно, пока мы еще не покинули пределов России. Но с таким решением я не могла смириться, ведь это означало бы, признав свое бессилие, сдаться на волю обстоятельств, упустить мечту.

  Я спросила разрешения нам со Славиком остаться в гостях еще на пару дней, чтобы я могла немного отдохнуть, подлечиться, во всем разобраться и принять какое-то решение. Несмотря на то, что мы были почти незнакомы, Леша и его девушка Света запросто предложили нам сколь угодно долго оставаться в их гостеприимной однокомнатной квартирке.

Навстречу мечте

  Я вернулась в Питер в первых числах сентября и мгновенно нашла работу реставратора. Работа временная, оплата почасовая - я подумала, что это как раз то, что надо: заработаю нужную сумму и сразу же уеду. Нужно было реставрировать лепнину на одном из старинных домов Петроградской стороны. Работа состояла в основном из шпатлевания и затирания поверхности шкуркой. Вскоре я обнаружила, что у меня вполне неплохо получается. Но это была далеко не самая легкая работа. Да и условия труда на объекте оставляли желать лучшего: бригада в основном состояла из узбеков, которые, как видели мня, сразу же пытались познакомиться или, еще хуже, посвататься. Самым дурацким было то, что туалет находился внизу, на улице, а я работала на четвертом этаже и каждый раз приходилось с выпученными глазами стремительно ползти по лесам вниз. Ум же от этой монотонной ручной работы просто бесился. Но все это было бы не страшно, если б не приходилось работать совершено без выходных, каждый день до восьми вечера. Поджимали сроки и прораб настаивала на сверхурочных, которые выше оплачивались. Я не могла не согласиться, ведь это как раз соответствовало моим планам — заработать денег в самые короткие сроки. Проработав в таком режиме 10 дней, я поняла, что больше этого не выдержу и ушла, не дождавшись сдачи объекта. Я должна была получить 15 тысяч рублей, что, конечно, не очень много, но по моим представлениям этого вполне должно было хватить для моего сурового, аскетичного путешествия. Но я их не получила.

  Не получила их ни через неделю, ни через две, как обещала прораб, ни даже через три. Все это время я звонила ей, она говорила, что деньги пока не перечислили из-за того, что мы задержали со сдачей объекта, а потом и вовсе перестала брать трубку. Я даже съездила туда, к месту моих нелегких трудов, чтобы хоть что-нибудь выяснить. Но там никого больше не было — реставраторы уже закончили свою работу. В этот момент я поняла, что меня просто-напросто кинули.

Начало. Каникулы на солнце

фестиваль "Каникулы на солнце"              
by Pavel Brayvo                  

создание инсталляции       
by Вит Бишановский          

  Все начиналось летом. Весна и лето, как обычно, и даже больше обычного выдались чудесными. В Питере мы с другом подрабатывали, помогая латвийской художнице в создании арт-объекта для выставки, я торговала украшениями собственного изготовления и плела косички с перьями на музыкальных фестивалях в лесу. Еще я постриглась под мальчика, оставив на затылке две дурацкие маленькие косички, и эта веселая стрижка мне очень шла и дарила восхитительное ощущение беззаботной и какой-то всемогущей свободы. С чувством этой свободы и уверенностью, что смогу сделать все, что захочу, я все лето, от фестиваля к фестивалю, совершенно ничего не опасаясь, каталась автостопом по центральной России (чего, раньше со мной никогда не случалась, ибо я считала стоп в России очень опасным для одинокой и симпатичной девушки).

  Однажды в июне я обнаружила место, притянувшее меня своим волшебством, красотой и даже трудно выразить, чем еще... и совершенно неожиданно для себя самой осталась там на последних два летних месяца, отменив все планы о новом путешествии в Европу, которое мы с подругой собирались предпринять.

неподалеку от поляны  
by YaNikola     

  Это был эко-музыкальный фестиваль на речке Нара под Москвой, его организовывал один хороший человечек, которого я непременно хотела повидать и потому приехала туда. Там было много чего интересного: и эко-строительство и эко-огородничество, и кино, и музыка, и танцы, и русские хороводы, и прыжки через огромный костер на Ивана купала, много-много веселья, чудо-баня, всевозможные музыкальные инструменты, лекции, мастер-классы, уроки пения, йога, медиации, не обошлось и без холотропного дыхания; много интересных людей  —   старых знакомых и новых. Очень скоро я стала чувствовать, что все эти чудесные и такие красивые люди — мои родные, а место это — мой дом, который мы называли просто "поляна". Фестиваль закончился, а мы остались жить на поляне: кто в палатках, кто в сфере, иногда спали и под открытым небом. Я помогала готовить еду на всех нас, занималась йогой, часами просиживала на прекрасном, заросшем зеленью берегу реки, которая меня так умиротворяла, наслаждалась природой, собирала землянику, вязала веники для бани и любила всех и вся вокруг. Непрекращающийся поток любви хлестал из моего сердца, вызывая почти физические ощущения приятной щекотки и покалывания в груди. Какими же волшебными были те два месяца, это были настоящие "Каникулы"!

  Вскоре многие из нас по-настоящему стали родственниками — мы стали духовными братьями, получив посвящение у одного индийского гуру, которого привезли прямо на поляну наши друзья и организаторы фестиваля. Это была очень странная история, после которой я стала еще больше верить в силу желаний и судьбу.

Вкус неизвестности, вкус свободы

  Однажды 28 октября в 11 часов вечера одна сумасшедшая девушка вышла из дома с огромным рюкзаком, намереваясь отправиться в автостоп-путешествие до самой Индии. Но кто же выходит путешествовать в 11 ночи, почему так поздно? Потому что откладывать отъезд до утра было теперь нельзя — уже который день в Москве ее ждал попутчик, а она слишком долго собирала рюкзак, целых два дня, ведь это дело серьезное — собрать рюкзак для путешествия, которое неизвестно когда закончится. Почему 28 октября, ведь зима уже на носу, разве автостопом не ездят обычно в теплое время года...? Но она об этом не сильно задумывалась в тот момент. Хотелось ехать и все тут, хотелось так, что она больше ни о чем не могла думать, кроме путешествия, оно было просто-таки необходимым, и других вариантов у нее больше не было. И вот, невзирая на болезнь, на очередной стремный фурункул, назревающий на ноге, не взирая на близящиеся холода, и на малое количество денег в ее секретном кармане на поясе, она, наконец, после многократных отсрочек, выходит из дверей своей уютной питерской квартирки навстречу самой большой авантюре, которую только смогла выдумать, навстречу зову своей судьбы.

  И вот, идет она сквозь осеннюю темноту с тяжелым-претяжелым, едва ли не в половину ее собственного веса рюкзаком к автобусной остановке и понимает, что даже до остановки-то его донести тяжело, не то что до Индии! Она идет в полную неизвестность, не зная, доедет ли этой ночью хотя бы до Москвы, все-таки ночью мало машин и довольно опасно. И от этого всего, от всей нелепости ситуации, от того, что именно так начинается самое великое в ее жизни путешествие, ей становится так весело, что она идет и смеется, смеется, смеется...

Восхождение в Китай

by alware               

  Мы переночевали близ Оша в доме нашего русского водителя Александра. Этот беспокойный, полный энергии человек рассказал нам столько всего за время нашего совместного пути: про свою жену и любовницу, про свои археологические находки и о том, что ему совсем не нравится жить в Киргизии, но он не хочет уезжать, потому что здесь, в этом крае, богатом историей многих тысячелетий, можно делать раскопки хоть через каждые сто метров. Ведь с древнейших времен эту территорию населяли неандертальцы, потом разумные люди каменного века, оставившие здесь наскальные рисунки, позднее, сменяли друг друга на этой земле, скифы, усуни, белые гунны, сасаниды, тюрки, и, наконец, киргизы, появившиеся здесь уже довольно поздно. Через эти земли так же проходил шелковый путь.

  Наутро мы вышли на дорогу. Оставляя позади равнину, мы снова поднимались все выше в горы. От Оша оставалось каких-то 200 км до заветной границы. Чем дальше мы ехали, тем меньше  становилось попутных машин. Но тогда мы еще не знали, чем это нам грозит.
Надолго застряв в каком-то поселке, мы в конце концов застопили дальнобойщика. Однако по прошествии двух часов водитель остановился где-то на склоне горы рядом с придорожной кафешкой и сказал, что вечереет, и потому дальше он сегодня не поедет, чего и нам не советует — опасно, мол. Но мы не слишком большое значение придали его словам, к тому же, ночевать тут было решительно негде, с подъемом в горы сильно похолодало, и наша летняя палатка не спасла бы нас. Через некоторое время (мы еще не успели замерзнуть) нас подхватила фура с двумя узбекскими ребятами, которые ехали в Ишкертам — так назывался погранпункт, бывший так же и нашей целью.